Изгнание из Рая: Америка как новый Эдем

 

Томас Коул "Изгнание из Эдема", 1828,
Музей изящных искусств, Бостон, США

Когда смотришь на картину Томаса Коула «Изгнание из Эдема» (1828), сначала кажется, что перед нами классический библейский сюжет. Адам и Ева покидают Рай, ангел с огненным мечом закрывает путь назад, свет уступает место тьме, богатство - запустению, блаженство - тяжелому труду. Всё соответствует книге Бытия (Быт. 3:4-6). С религиозной точки зрения эта картина прекрасно обсуждена здесь. Небольшая разница с классикой состоит в том, что здесь Адам и Ева не изображены вблизи нагими (что в классике продолжает смущать многих христиан).

Я бы хотел обратить внимание читателя на другую необычную деталь картины Коула: этот Рай совсем не похож на залитую солнцем античную Италию или Грецию. Он напоминает Северную Америку.

Северо-американский Рай

Европейская живописная традиция столетиями помещала библейские события в пространство, напоминающее Италию или Грецию. В нём была красота античности, гармония архитектуры, средиземноморская природа.

Америка XIX века не имела античных руин. У неё не было Рима, Афин, Флоренции. Но у неё был свой первозданный пейзаж. Эта молодая и ещё не до конца «обжитая» страна воспринималась как пространство начала. Неудивительно, что Рай в воображении американского художника естественно принимает черты родной земли. Мы видим не ограждённый тосканский сад, а величественную долину, горы, драматическое небо, огромный светлый простор. Это не маленький уютный уголок, а целый огромный континент.

Пейзаж как основание идентичности

Томас Коул был основателем художественной Школы реки Гудзон, первого по-настоящему национального художественного направления США. Его современники понимали: если Америка хочет обрести собственное художественное лицо, она не может бесконечно копировать Европу. Так заменой античной традиции стала богатая американская природа. Американский пейзаж оказался тем, чем для Европы были античные мифы: источником величия, духовного смысла и художественного языка. Горы стали кафедральными сводами, реки - живыми артериями истории, свет американского солнца - символом Божественного присутствия.

В «Изгнании из Рая» Коул делает почти дерзкий жест: он соединяет библейскую космогонию с американской географией. Рай оказывается похожим на его родную землю. Это не просто иллюстрация Писания, это утверждение культурного достоинства нового мира. Если Эдем был недосягаем для человека, то он мог выглядеть как Америка, тоже недосягаемая на протяжение столетий.

Двойственность нового Эдема

Но в картине есть тревожная деталь. Мы видим гармонию, мягкий свет, спокойствие, благоухающую природу Эдема. Мы также видим мрачные скалы, бурю, хаос. Поразительно, что обе части, не только Рай, напоминают северо-американский ландшафт. Таким образом Америка в сознании Коула была не только новым Эдемом, но и местом изгнания. Она была пространством первозданной красоты и одновременно суровой борьбы. Свет и тьма принадлежат одному и тому же пейзажу.

В XIX веке Америка мыслила себя не столько наследницей прошлого, сколько проектом будущего. Европейское сознание часто обращалось к прошлому, к утраченному золотому веку. Американское - к будущему, к возможности построить его заново.

В «Изгнании из Эдема» Коул невольно формулирует американский миф: Рай мог выглядеть как эта земля. От населяющих Америку людей зависит то, чем она станет: гармонией или хаосом, гостеприимной новой родиной или изгнанием.