Телега для сена: Предвестник импрессионизма

 

Джон Констебл "Телега для сена",
1821, Национальная галерея Лондона

Поразительно, что многие детали картины «Телега для сена» Джона Констебла (1776-1837) существуют и сегодня. Место на реке Стаур возле деревни Флэтфорд в Суффолке почти не изменилось: дом слева это старая мельница Flatford Mill. Она по-прежнему стоит у воды, а неглубокий брод, в который крестьянин завел свою телегу, можно увидеть и сейчас. Такая удивительная страна Великобритания, в ней еще много мест, где живет Старая Англия!

Эти детали напоминают, что Констебл писал не абстрактную пасторальную идиллию, а реальную жизнь знакомого ему пейзажа. Он внимательно наблюдал за тем, как устроен сельский мир: как телега может остановиться в воде, чтобы дать отдых лошадям и охладить колёса, как деревья склоняются над рекой, как свет падает на траву. 

То же внимание к реальности проявляется и в небе, которое занимает пол-картины. Художник прямо писал: «Небо - источник света в природе и главный орган чувств пейзажа». Констебл тщательно изучал облака, делал быстрые этюды на открытом воздухе и даже записывал время дня и направление ветра. Известно, что в этих исследованиях на него сильно повлиял метеоролог Люк Говард, который как раз в начале XIX века предложил классификацию облаков (кучевые, перистые и т.д.). Поэтому небо в картине кажется живым и движущимся, словно мы наблюдаем конкретный момент летнего дня. 

В этом состоит особая гениальность картины «Телега для сена»: художник с необыкновенной точностью передаёт самые простые природные вещи - воду, траву, облака - которые на первый взгляд кажутся привычными и незаметными. Но при внимательном взгляде они начинают рассказывать новую историю о сложном мире природы.

Есть еще один гениальный момент в этой картине. Именно это внимание Констебла к свету, воздуху и изменчивости природы делает «Телегу для сена» предвестником импрессионизма. Констебл писал свой пейзаж как мгновение, которое может измениться через несколько минут, например, когда облако закроет солнце и тень перейдет на поле. Его интерес к атмосферным явлениям, к игре света на траве и воде, к движению облаков во многом предвосхищает художественную программу импрессионистов, которые несколько десятилетий спустя будут стремиться передать «впечатление» от конкретного момента. 

Французские художники, увидевшие картину на выставке в Париже в 1824 году, были поражены именно этой живостью пейзажа. Для них стало откровением, что обычный сельский вид может быть написан так свободно и так внимательно к изменчивому свету. В этом смысле Констебл оказался одним из тех художников, кто задолго до импрессионизма показал, что главный сюжет пейзажа это сама жизнь природы: её воздух, её свет и её непрерывное движение.